Универсальный моряк

Вместе со строительством новых эсминцев Россия меняет концепцию их применения.

Главнокомандующий Военно-морским флотом РФ адмирал Владимир Высоцкий сообщил в пятницу, что не позднее 2012 года в России будет заложен эскадренный миноносец нового проекта. По словам главкома, он будет существенно превосходить корабли этого класса, находящиеся на данный момент в строю. В частности, новый эсминец будет первым, кто получит боевую информационно-управляющую систему – аналог американской AEGIS. При этом он будет универсальным.


Эскадренный миноносец нового проекта будет заложен в России не позднее 2012 года, сообщил сегодня главком ВМФ России адмирал Владимир Высоцкий. По боевым возможностям корабль будет превосходить эсминцы проекта 956 «Сарыч», которые сегодня состоят на вооружении ВМФ РФ. Судя по известным сведениям, новый корабль будет более универсальным, чем имеющиеся сегодня, за счет переориентации от преимущественно противолодочных функций в сторону ударных.
Задачи противолодочной обороны (ПЛО) при этом будут возложены на корветы, ради строительства которых приостанавливаются программы ремонта старых боевых кораблей.
«Этот корабль будет более функциональным, более «серьезным», чем стоящий на вооружении эсминец проекта 956. Новый эсминец будет со значительно расширенными возможностями», – передает слова Высоцкого.
Прежде всего, необходимо сказать несколько слов об этом классе боевых кораблей. Эскадренные миноносцы (эсминцы, ЭМ) в их современном виде – самые надводные универсальные боевые единицы флота, хотя в начале своего существования это были узкоспециализированные корабли. Задача первых эсминцев, появившихся в развитых флотах мира в 80–90-х годах XIX века, состояла в защите флота от миноносцев, носителей новейшего по тем временам оружия – «самоходных мин», или – в современной терминологии – торпед. Для борьбы с быстроходными миноносцами контрминоносцы (опять же – термин XIX века, сохранившийся с тех пор во французском и испанском языках) должны были обладать еще большей скоростью и разнообразным вооружением: мощной скорострельной артиллерией универсального калибра и теми же торпедами. С появлением на полях морских сражений на рубеже веков очередного супероружия – подводной лодки – задача по борьбе с ними также была возложена на ЭМ.
К началу Первой мировой класс контрминоносцев превратился в миноносцы эскадренные, способные сопровождать и защищать корабли эскадры на походе от всевозможных угроз (к которым вскоре добавилась и авиация) и при возможности контратаковать основные боевые корабли противника (крейсера, линейные крейсера и линкоры) с помощью торпед.
Основные признаки тех эсминцев: высокая скорость хода и разнообразное вооружение (противолодочное, противовоздушное, противокорабельное) – сохранили и их современные потомки. Правда, в системе ПЛО все большую роль теперь играют противолодочные вертолеты, базирующиеся в палубных ангарах (хотя бомбометы глубинных бомб и противолодочные торпеды на вооружении остались), а роль противокорабельного оружия перешла от торпед к противокорабельным ракетам (ПКР). Одновременно современные ЭМ, как правило, имеют развитый комплекс ПВО, и, пожалуй, это единственные современные корабли, на которых сохранились универсальные артустановки калибром 57 мм и выше, приспособленные для действий как по морским, так и по наземным целям, а иногда еще и по воздушным.
На протяжении большей части ХХ века, особенно в межвоенный и послевоенный, до 1980-х годов, периоды, ЭМ были самыми многочисленными боевыми кораблями мира. Естественно, универсальность не дается даром: многочисленные системы оружия требуют места для размещения, поэтому водоизмещение многих современных кораблей превосходит 9 тыс. тонн, что сближает эти корабли с крейсерами. Кстати, это вносит известную путаницу в классификацию кораблей. Так, проект ЭМ типа «Каунти», относящийся по формальным признакам к легким крейсерам, был представлен парламенту как «большой эсминец». В СССР такие корабли чаще всего относили к «большим противолодочным», что, пожалуй, соответствовало действительности.
Соответственно, росла и стоимость ЭМ. По состоянию на 2005 год во всех флотах мира имелось менее 200 эсминцев против более чем 350 фрегатов. Действительно, постройка одного «суперэсминца» класса DDG-1000 Zumwalt («Цумвальт») обходится американскому бюджету в 1,4 млрд долл., что вынудило американцев ограничить программу строительством двух кораблей. Наиболее массовые и самые совершенные на сегодняшний день корабли этого типа, американские Arleigh Burke («Орли Берк»), обходятся казне в 778 млн долл. (головной корабль DDG-51 Arleigh Burke – 1,1 млрд).
На сегодня корабли «Орли Берк» построены в количестве 55 единиц для ВМФ США, планируется к постройке еще 8–11 кораблей (из-за отказа от проекта «Цумвальт»), еще четыре ЭМ измененного проекта Kongo построены Японии на верфях «Мицубиси». Это самая масштабная серия кораблей водоизмещением более 5 тыс. тонн за всю послевоенную историю.
Наиболее массовыми послевоенными ЭМ в СССР стала серия кораблей проекта 956 «Сарыч», более известная под натовским обозначением «Современный» (Sovremenny) – по головному кораблю. С 1976-го по 1992 год в строй вошли 17 таких кораблей, зачисленных в разряд «больших противолодочных».
Такая классификация отнюдь не случайна. Корабли типа «Сарыч» и «Арли Берк» формально считаются «одноклассниками». Действительно, при сходных размерах и водоизмещении (длина 153–156 метров, водоизмещение 6,5–7 тыс. тонн) корабли несут на первый взгляд сходное вооружение. Однако есть между ними и огромная разница, особенно в возможностях действий по наземным и воздушным целям. Имея преимущество в артиллерии (2х130 мм автомата на пр. 956 против 1х127 мм на «Берках»), ракетное вооружение нашего корабля (две счетверенных ПУ комплекса П-270 «Москит») – исключительно противокорабельное, и его возможности по береговым целям крайне ограничены. У американского корабля в комплект вооружения штатно входят КР «Томагавк», количество которых может варьироваться в зависимости от типа миссии. Это возможно благодаря применению на корабле универсальных пусковых установок вертикального старта (УВПУ), расположенных под палубой. Из таких установок можно стрелять любыми типами ракет: КР («Томагавк»), ПКР («Гарпун»), ПВО/ПРО («Стандарт», на серии IIA дополнительно «Си Сперроу» ближнего действия). Корабль получается действительно универсальным: в зависимости от принятого боекомплекта он может исполнять роль ударного, противолодочного или корабля ПВО.
Второе преимущество американских ЭМ – наличие единой боевой информационно-управляющей системы (БИУС), отсутствующей на наших кораблях. Эсминцы «Арли Берк» оснащены БИУС AEGIS (Aegis combat system, «Иджис»), которая представляет собой организационно-техническое объединение корабельных средств освещения обстановки, поражения и управления на основе автоматизированных систем боевого управления. Появлению таких систем на Западе СССР в свое время не уделил должного внимания, и теперь их приходится создавать с нуля. При этом работа идет далеко не гладко, пример тому – мучительная доводка БИУС Club-S на модернизированных ударных ПЛ для ВМС Индии.
Собственно, наличие БИУС и вертикальных УВПУ делает корабль поистине универсальным. «Иджис» не только обеспечивает целеуказание для ракетного вооружения, но и может поддерживать командира ПВО или ПЛО соединения, хотя и не может полностью автоматизировать все указанные функции. Проще говоря, управление всем арсеналом противолодочного и зенитного вооружения корабля может осуществляться с одного пульта, через единый интерфейс, который отображает окружающую тактическую обстановку во всей доступной полноте. Командиру остается лишь определить приоритет угроз, выбрать приоритеты целей и отдать команду на применение оружия.
Таких возможностей корабли 956-го проекта лишены. Их приоритетная задача – борьба с подводными лодками, и в этом плане они во многом превосходят американские аналоги. Все остальные задачи – второстепенные, включая и задачу ПВО соединения, хотя для этого на «Сарычах» имеются два ЗРК «Штиль» с запасом 48 ракет. Однако система может обеспечить одновременно пуск не более двух ракет, тогда как американский корабль может выпустить четыре ракеты в залпе. Неслучайно в последнее время российские корабли этого класса чаще называют «суперфрегатами» (superfrigate), нежели эсминцами (destroyer).
На Западе противолодочные корабли такого водоизмещения справедливо полагают излишними. Кроме того, борьба с подводными лодками сама по себе стала крайне непростой задачей, требующей для решения более узкоспециализированных в сторону противолодочных возможностей кораблей, которыми стали фрегаты и частично корветы (по старой советской классификации – малые противолодочные и сторожевые корабли, хотя «малыми» советские фрегаты были лишь по сравнению с немаленькими эсминцами). Такая концепция представляется на сегодняшний день оптимальной, и в соответствии с ней создавался проект эсминца 21 956.
В 2007 году эскиз корабля демонстрировался на Международном военно-морском салоне (ММВС-2007). В общих чертах, он представляет собой нечто среднее между американскими ЭМ «Арли Берк» и британскими Type 45 (Daring class). Пусковые установки ракетного вооружения общим числом 32 выполнены в подпалубном исполнении. Заявлено, что они предназначены для размещения комплекса С-300Ф («флотский») и могут быть снаряжены 48 зенитными ракетами 48Н6Е2 или 192 9М96Е. Пакет из четырех ракет 9М96Е загружается вместо одной ракеты 48Н6Е2. Кроме того, на корабле планируется впервые применить два главных обзорных радара типа «Фрегат» и «Риф-М» (последний работает преимущественно по надводным целям). Дабы не затруднять выполнение задач ПВО, противокорабельные ракеты размещены в 16 отдельных ПУ 3С-14Э для противокорабельных ракет 3М-54ТЭ или противолодочных 91РТЭ2. Загрузка ракет 3М-54ТЭ или 91РТЭ2 в пусковую установку определяется задачами боевого использования корабля.



На сегодня корабли «Арли Берк» построены в количестве 55 единиц для ВМФ США (фото: seafever.com)

Проект 21 956 станет первым, кто получит аналог «Иджиса» – БИУС «Калибр-НКЭ» (экспортное обозначение – «Club-N»), предназначенный для поражения крупных надводных целей на больших дальностях (до 220 км). Интегрированная ракетная система «Калибр-НКЭ», в состав которой входит универсальная корабельная система управления стрельбой 3Р-14Н, позволяет управлять одновременно ударным, противолодочным и противоторпедным оружием. Наличие УВПУ позволяет надеяться, что со временем в боекомплект войдут также крылатые ракеты.
Примечательно, что в отличие от «Иджиса», который управляет всем ракетным оружием корабля, российские конструкторы поручили задачи ПВО отдельной подсистеме. Тут есть два резона.
Первый состоит в том, что возможности БИУС ограничены количеством целей: n морских и n воздушных одновременно. Этот параметр называется «канальностью». Например, в случае появления n+1 морской цели система перегружается, зависает, и корабль становится беззащитен перед нападением как с моря, так и с воздуха, что при одновременном нападении из двух сред практически равнозначно гибели. Наличие двух специализированных систем такую возможность исключает.
Второе преимущество в том, что наличие раздельных ПУ для зенитных/ударных ракет позволяет держать одновременно боеготовыми большее число ракет разных типов.
В общих чертах проект представляется весьма сбалансированным и в своем текущем виде является адекватным кораблем дальней океанской зоны. Огорчает лишь отсутствие средств для действий против береговых объектов (а согласно российской морской доктрине флот должен обеспечивать действия Сухопутных войск на приморских флангах). Но эта проблема кажется решаемой в недалекой перспективе.
Таким образом, согласно замыслу флот получит современные корабли, ориентированные, прежде всего, на задачи противовоздушной и, во вторую очередь, противокорабельной и противолодочной обороны, как большинство современных «одноклассников». Задачи ПЛО переходят преимущественно к специализированным корветам, строительству которых сейчас уделяется первостепенное значение.
Между тем в четверг начальник вооружения Вооруженных сил РФ, заместитель министра обороны Владимир Поповкин заявил, что в 2009 году Министерство обороны РФ в два раза сократит количество ремонтирующихся кораблей.
«В ВМФ много кораблей находятся в различных стадиях ремонта – судовом, доковом и среднем. В результате финансовые средства на их ремонт размазываются», – отметил он.
По словам Поповкина, чтобы обеспечить строительство новых кораблей – корветов и фрегатов для ВМФ, принято решение сократить в два раза количество ремонтирующихся кораблей.
Замминистра обороны проинформировал, что в следующем году ремонт этих кораблей будет завершен, и за счет этого будет продолжено строительство новых.
Решение, конечно, спорное, но то, что без современных кораблей класса ЭМ российскому флоту не обойтись, – это непреложный факт.

Читать далее....

Инженерные воиска и Афганистан

Барикот – был самым отдаленным в провинции Кунар гарнизоном, в 2,5 км от границы с Пакистаном. К нему вела единственная дорога, пробитая в отвесных скалах на высоте от 30 до 100 м над рекой Кунар. Гарнизон Барикот составлял пехотный полк 9 ПД, штаб которой располагался в Асадабаде.
К лету 1985 г. обстановка в Барикоте сложилась безвыходная. Душманы окружили гарнизон так, что ни пройти, ни проехать, ни пролететь. Попытались войска Афганистана пройти без помощи Советской Армии в Барикот. Но у кишлака Джалала в 12 км от Асмара были разбиты. 86 машин были уничтожены, из них 12 БТР-60П и шесть 100-мм орудий, предназначенных для гарнизона.

В феврале 1985 г. снова была самостоятельная попытка провести колонну с продовольствием и боеприпасами. Я участвовал в этой операции. И вновь неудача. У кишлака Шаль, в 6 км от Асмара было встречено такое сопротивление душманов, что войска вернулись назад.
А тем временем вокруг Барикота все туже сжималось кольцо, обстрелы все интенсивнее и точнее. Гарнизон держался. Заслуга в этом наших офицеров-советников, которых было там всего 5 человек.
Душманы заняли все господствующие высоты вокруг. Снайпера били без разбора, по первому показавшемуся человеку из-за дувапа. Все работы проводились только в ночное время. Работала школа и тоже с наступлением темноты. На исходе были боеприпасы, продовольствие, кончилась соль. Спасать гарнизон было необходимо, но проводить операцию вслепую нельзя.
Мне удалось заслать на дорогу в Барикот разведчика из местных жителей Асадабада. Он прошел дорогу туда и обратно, и я получил свежие данные о состоянии дороги от Асмара до Барикота. 30 км и почти на каждом километре провалы или завалы. Кроме того, дорога была заминирована противотранспортными и противотанковыми минами итальянского производства.
Я подсчитал объем работ, количество необходимых материалов и составил план организации работ. Свои предложения доложил генералу армии В. А. Варенникову. Было принято решение на совместную операцию.



Колонну из 110 машин с боеприпасами и продовольствием ведет ООД (отряд обеспечения движения) в составе саперного полка Афганской армии, дорожного батальона 45 инженерно-саперного полка 40 армии и мотострелкового батальона. По горам слева и справа прикрывают колонну 9 ПД, 11 ПД и части 40 армии.
Состав и оснащение ООД мной были продуманы на основании опыта афганской войны. Мне уже приходилось действовать в горных условиях, кроме того, февральский поход кое-что дал и я четко представлял, что мне необходимо брать с собой. Однако за два дня до выхода на операцию ко мне пришел с проверкой готовности свежий генерал из Москвы. Он неделю всего в Афганистане, но уже решил, что может меня учить.
Заслушав мой доклад, он заявил, что я к операции не готов. Что это за ООД? В составе отряда нет танковых мостоукладчиков МТУ, нет ТММ (тяжелые механизированные мосты). Не спланированы вертолеты для подачи стройматериалов прямо к местам работ. Вы действуете по старинке, составили обоз и поехали. Я буду докладывать, что ООД не готов к операции.
Я не стал ему объяснять прописные истины горных дорог, что танковые мостоукладчики в данных конкретных условиях не применимы, что ТММ, вообще там не пройдут. А вертолеты не подлетят к месту работ, т. к. отвесная скала не позволит это сделать. Поэтому все что необходимо для производства работ надо брать с собой, другого варианта нет. Безусловно его доклад никто не принял всерьез.
Операция началась в намеченные сроки. Путь от Кабула до Джелалабада и в Асадабад, где был развернут командный пункт руководителя операцией, прошли без помех, дальше уже сложнее. Прошли Асмар, и вот она, эта дорога! Поднимается все выше и выше. Внизу, под дорогой, зажатый меж отвесными скалами, мечется Кунар. Машины едва умещаются на полотне. Впереди саперный взвод, обнаруживают и уничтожают мины накладными зарядами.



Надо сказать, что миноискатели не обнаруживают эти мины и одна надежда у сапера на щуп (палка с шилом на конце) и на свое чутье. Дело в том, что мы стали учить сапера не мину искать щупом, это в каменистом грунте бесполезно, а втыкая щуп в каменистый фунт, почувствовать его состояние. Если плотность грунта отличается от окружающею, значит здесь копали, значить здесь что-то есть. Но это приходит с опытом.
Первый провал. Душманы сделали это с понятием, на повороте. Вот и примени здесь МТУ. Хотел бы я видеть с ним товарища проверяющего. Колонна, прижавшись к скале, встала. Мы начинаем восстанавливать дорогу. Афганцы мастерски могут закладывать такие дыры камнями с применением связующего материала – ветви деревьев. Кладут их отрезанными концами наружу провала. Кладут ряд ветвей густо, на них сверху камни, опять ряд ветвей, опять камни, получается слоеный пирог. Ветви под тяжестью камней огибают их контуры и удерживают в стене. Но такая стена способна выдержать нагрузку до 3-5 т. А нам надо пропускать боевую технику.



Провал шириной 4 м, глубиной до 30 м, конусообразный. Впервые применяем сетку МЗП (малозаметное препятствие) 10x5 м. Растягиваем ее лопатами и укладываем так же, как афганцы укладывают ветви. Получается тот же слоёный пирог, но гораздо надежнее, – пусть спокойно идут танки. Работа спорится. Тут же в 50 – 100 м взрываем скалы кумулятивными зарядами и камни укладываем в стену.
Внезапный обстрел из ДШК и миномета. Не разбегаемся, а каждый укрывается за камнями и ведет ответный огонь. Подключаются БТРы и танки, артиллерия. Ответ убедительный. Перестрелка затихает, и снова работа. Организация посменная. Через каждые два часа меняем солдат. Только офицеры без смены.
Работают афганские и советские солдаты. Носят камни, ветви и по цепочке передают вниз. Афганцы, выросшие в этих горах, таскают камни в два-три раза тяжелее, чем наши солдаты и совершенно не боятся высоты. Стоит над пропастью, упрется ногой в какой-то выступ, принимает тяжеленные камни и укладывает их так, будто они век лежали здесь.
В Асадабаде к нам присоединился отряд добровольцев из местных жителей. Крепкие мужики в чалмах, обросшие бородами и усами. Работали на восстановлении дороги без устали, спали здесь же, на камнях, подстелив одеяло, которое всегда с собой. Прошли с нами до конца. Меня интересовал вопрос, почему они не на той стороне. Один мне сказал: «Революция дала мне будущее, мои дети уже умеют читать и писать. Я защищаю будущее». С ними был старший, мы его называли «инженер». Так вот он при обстреле был ранен в голову, осколок минометной мины рассек ему щеку, но он продолжал работать.


А дорога поднимается все выше. У кишлака Сау двенадцать провалов на высоте около 70 м. Здесь уже закладка камнями не выход. Очень глубоко, а в одном месте ширина достигает 12 метров. Делаем переходы балками ТПП. Опускаем балки до узкого места, где они надежно опираются, делаем настил из веток и укладываем камни до самого верха. Если высота получается больше 5 м, то работаем с сеткой МЗП, если меньше – то с ветками. Работа идет энергично, посменно.
В полутора километрах от места работ приземлился вертолет. Это за мной. Вызывают в штаб к Варенникову. Прилетаю, докладываю. С Варенниковым группа генералов, среди них заместитель командующего 40-й армии генерал-майор В. Дубынин. Варенников спрашивает:
– Сколько вам еще нужно времени, чтобы двинуться вперед?
– Я ответил: – двое суток.
– Нет. Сутки и ни часа больше.
Я снова настойчиво повторил, что мне нужно, так как в Сау большие разрушения. Дубынин просто встрял в разговор и сказал:
– Я пролетал сегодня над Сау и никаких разрушений не видел. Мы сегодня будем в Барикоте!
– Пешком, – парировал я.
– Хорошо, – обращаясь к Дубынину, сказал Варенников. – Вы полетите вместе с инженером на место и мне доложите.
При посадке вертолет нас обстреляли. Меж камней мы выбрались в безопасную зону, откуда открылась перспектива всего разрушенного участка. Дубынин ошеломленно смотрел на провалы и тут же сказал:
– Прости меня, с вертолета этого не видно. Здесь же неделю вкалывать надо! Я доложу Варенникову.
– Нет, – сказал я, – мне надо двое суток. Послезавтра в 7.00 колонна двинется вперед.
Так и произошло. Но для этого надо было преодолеть самый сложный провал глубиной до 70 м и шириной 12 м. Здесь закладка камнями не выход – действительно понадобится неделя.


Душманы, взрывая дорогу, оставили для себя и для ишака тропу шириной 1 м. Балки от парка ТПП длиной 4 м. Я принял решение делать консольное перекрытие. Рассчитал, получилось, 15 балок нужно загонять на 1 м в скалу, один метр тропы и два метра на воздухе. У нас был компрессор, но подтягивая его на руках к месту работ, то ли специально, то ли случайно, но афганцы уронили его в пропасть. Пришлось ломом и кувалдой пробивать отверстия в скале. Благо она оказалась не очень твердой и нам это удалось.
Надо сказать, что в ООД себе в помощь я пригласил советника 9 ПД дивизионного инженера, подполковника Николая Зыбинского. Надежнее товарища трудно найти. Кроме того, он мужик веселого нрава. У него на каждый случай есть байка и расскажет ее так, что все вокруг валяются. Так вот Коля Зыбинский всю ночь махал кувалдой. Как-то незаметно все афганцы слиняли и остались только советские ребята. Даже нач. штаба инженерных войск афганской армии, боевой и в общем хороший офицер, полковник Омар тоже где-то прикорнул.
Я послал переводчика найти его, чтобы он поднял на ноги всех. До 7.00 осталось два часа и надо заканчивать работы. И вдруг рядом с Колей Зыбинским возник Омар и, делая вид, что он здесь всегда был, сказал: «Ви товарищь Зибински балку чуть криво положиль». Коля, не разгибаясь, снизу вверх посмотрел на него как только мог свирепо и выругался: «Ах ты, мать твою так и так и вот так (дословно не напишешь). Криво положиль. Отойди, а то пришибу случайно». И вставил в отверстие последнюю балку. Мне долго пришлось объяснять обиженному Омару, что такое ругательство не имеет смысла, что у нас это скажут сгоряча, но ни в коем случае это не срамит ничью маму.
Он мне говорит: «Я понимаю, моя мама далеко и он не мог этого сделать, но зачем тогда говорит?» Ну в конце концов Коля извинился раз десять, и Омар потеплел. Надо сказать, что Омар был верный боевой товарищ. Я убедился в этом до конца, когда минометная мина нежданно рванула рядом. Омар сбил меня с ног и укрыл собой. Все обошлось. Но в метрах пятнадцати погибли 11 саперов Афганского полка.



Мы заканчивали работу. Меж балками поставили деревянные вкладыши. Все крепления произвели 6-мм проволокой в 3 – 4 нити. Отверстия, куда вошли балки, забили плотно камнями. Положили настил, засыпали фунтом с камнями. Все. На висячие концы балок я положил кучки мелких камней и дал команду первому БТР вперед, потихонечку. Он прошел ровно, камешки мои не шелохнулись.
Было ровно 7.00. Генерал Дубынин был уже здесь.
– Ну, как? – спрашивает.
– Вперед, – отвечаю, – дальше особых разрушений нет. До Барикота оставалось 12 км.
Назад возвращались по этим же переходам. Мне потом тот самый проверяющий сказал, что, мол, зря такую ответственность с консольным переходом брал на себя. Но война есть война, и кто-то должен брать на себя ответственность. Иначе не видать успеха.


Через несколько недель в штаб 9 ПД подбросили письмо от душманов, адресованное мушаверу Куценко, где душманы благодарили за хорошую дорогу и, мол, они возят теперь по ней лес. Но если опять сунетесь, написали, мы ее взорвем снова. Коля Зыбинский в сердцах разорвал это письмо, а жаль. Неплохо бы было сохранить для истории. Ведь на той дороге, осталась и часть моей души.

Читать далее....

КР морского базирования (С-10 Гранат; 3М-10; SS-N-21 Sampson)

Дозвуковая малогабаритная стратегическая крылатая ракета, совершающая полет с огибанием рельефа местности на малой высоте, предназначена для использования против важных стратегических обьектов противника с заранее разведанными координатами. Модификацией ракеты является ракета РК-55 "ГРАНАТ" (по классификации НАТО SS-N-21 Sampson). Крылатая ракета "ГРАНАТ" предназначена для поражения наземных объектов противника и имеет дальность стрельбы до 3 000км. Может быть оснащена ядерной головной боевой часть мощность 200 кт. Управление ракетой в полете на начальном этапе осуществляется пассивной системой наведения. При приближении к цели на заданную дальность включается активная система самонаведения.

Для уничтожения ПЛ, кораблей и судов противника АПЛ оснащена противокорабельными ракетами "Новатор-1"(SS-N-15 Snarfish) и "Новатор-2"(SS-N-16 Stallion). Запуск ПКР "Новатор-1" производится из торпедных аппаратов калибра 533мм, дальность поражения целей составляет 45 км. Запуск ПКР "Новатор-2" производится из 650мм торпедных аппаратов, дальность поражения целей до 100км. Данные ПКР могут быть оснащены ядерной боевой частью или подвесной универсальной торпедой. Наличие нескольких типов торпед позволяет эффективно уничтожать подводные и надводные корабли и суда противника.

Корабельный комплекс ПКР
Ракета РК-55
Тип ПУ - ТА 533мм
Носитель - ПЛ
Дальность - 3000 км
Скорость - 0.7 М
Тип БЧ - ядерная
Длина - 8.09 м
Диаметр - 0.51 м
Размах крыльев - 3.3 м
Стартовый вес - 1.7 т
ИНС+по рельефу местности

В 70-е гг. в США, опираясь на успехи, достигнутые в области создания миниатюрных высокоэкономичных воздушно-реактивных двигателей, приступили к разработке малоразмерных дозвуковых стратегических крылатых ракет воздушного и морского базирования. Последние должны были запускаться из стандартных торпедных аппаратов калибром 533 мм, совершать полет на малой высоте и поражать наземные цели ядерными БЧ на дальности до 2000 - 2500 км с относительно высокой точностью (КВО менее 200 м). Появление нового высокоэффективного оружия грозило нарушить уже сложившийся между сверхдержавами баланс в области стратегических ядерных вооружений. Это потребовало от советской стороны поиска "адекватного" ответа. Перед отраслевой наукой и промышленностью была поставлена задача провести оценку технической возможности и военной целесообразности создания стратегических крылатых ракет, аналогичных американской КР типа "Томагавк".

Анализ показал, что задача может быть решена в течение пяти-шести лет, однако относительно целесообразности проведения подобных работ мнения специалистов разделились: многие считали ненужным создание стратегических КР, так как они будут значительно уступать баллистическим ракетам в способности преодоления ПРО противника, потребовав при этом значительных государственных ассигнований на создание и развитие инфраструктуры, обеспечивающей их использование. В частности, для КР нужно было создать цифровые карты местности территории вероятных противников и мощные вычислительные центры, необходимые для обработки и ввода в системы наведения ракет информации о рельефе местности по маршрутам полета. В пользу КР говорили их относительная простота и дешевизна, возможность использования различных (в том числе и не специально созданных) носителей, а также высокая вероятность преодоления ПВО противника за счет маловысотного профиля полета и малой радиолокационной заметности. Следовало учесть и тот факт, что для успешного отражения массированного удара советских крылатых ракет Соединенным Штатам потребовалось бы создать систему ПРО, затраты на которую в несколько раз превосходили стоимость развертывания группировки КР.

В результате руководство СССР в 1976 г. приняло принципиальное решение о разработке стратегических крылатых ракет воздушного, морского и наземного базирования. При этом предполагалось создать морские КР двух типов - малоразмерные, дозвуковые, способные стартовать из ТА подводных лодок, и более крупные, сверхзвуковые, стартующие из специальных вертикальных ПУ. Создание дозвуковой крылатой ракеты РК-55 "Гранат", являющейся аналогом американской ракеты "Томагавк", было поручено свердловскому НПО "Новатор", возглавляемому Л. В. Люльевым. Разработка КР была начата в 1976 г. В 1984 г., на четыре года позже, чем американский аналог ("Томагавк"), ракета была принята на вооружение. Для обеспечения боевого применения КР, оснащенных экстремальной корреляционной системой наведения в ВМФ, был создан специальный вычислительный центр по формированию цифровых карт местности предполагаемых театров военных действий и выработке полетных заданий. Аппаратура системы управления ракеты, подводной лодки и берегового вычислительного центра была разработана НИИ авиационного приборостроения (директор и главный конструктор А. С. Абрамов).

Первыми кораблями, которые были оснащены КР "Гранат", стали подводные крейсера проекта 667АТ ("Груша"), созданные на базе подводных лодок 667А проекта. Лодки этого типа в соответствии с советско-американским договором об ограничении стратегических вооружений должны выводиться из состава флота с вырезанием ракетного отсека, после чего допускалось их дальнейшее использование.

В результате модернизации, проводимой в Северодвинске, у подводных лодок вырезался ракетный отсек и вместо него вваривался новый, в котором располагались по 4 с каждого борта 533-мм торпедных аппарата, установленных (впервые в отечественном подводном кораблестроении) под утлом к ДП корабля. В ходе модернизации корабли получили усовершенствованный навигационный комплекс "Тобол-6б7АТ", БИУС "Омнибус-АТ" и ряд других новых или модернизированных систем. ГЭУ и основные общекорабельные системы остались фактически без изменений.
Стратегическая крылатая ракета РК-55 "Гранат" имеет стартовую массу 1700 кг, длину 8,09 м и диаметр корпуса 0,51 м. Она оснащена турбореактивным маршевым двигателем и твердотопливным стартовым ускорителем. Крейсерская скорость соответствует М=0,7, максимальная дальность -3000 км, система наведения - инерциальная, с экстремальной корреляцией по рельефу местности.

Программа создания ракеты была реализована в следующие сроки: начало - середина 1976 года, окончание - середина 1982 года, принятие на вооружение - 31 декабря 1983 года. В результате был создан оригинальный летательный аппарат со складывающимися крылом и оперением, а также с двухконтурным турбореактивным двигателем, размещающимся внутри фюзеляжа и выдвигаемым вниз.

Ракета выполнена по нормальной аэродинамической схеме с прямым крылом относительно большого удлинения, в нерабочем положении убирающимся в фюзеляж. Двигатель расположен на выдвижном подфюзеляжном пилоне (в нерабочем положении также находится внутри ракеты). В конструкции ракеты реализованы мероприятия по снижению радиолокационной и тепловой заметности. Ракета использует инерциальную систему наведения с коррекцией местоположения, основанной на принципе сравнения с картой местности, введенной в бортовую вычислительную машину перед пуском. Система наведения ракеты является одним из существенных отличий данной крылатой ракеты от предшествующих систем авиационного оружия. Это и обеспечило автономный полет ракеты независимо от протяженности, погодных условий и т.д. В этих целях было изготовлено соответствующее картографическое обеспечение (цифровые карты местности).

Читать далее....

Скауты Селуса. Операция «Огородик», ноябрь 1974 года

Время от времени у Скаутов Селуса случались провалы. Несмотря на тщательную подготовку операций, группы из псевдо террористов, которых забрасывали в разные провинции, вычислялись местным населением. Соответственно, настоящие террористы практически мгновенно узнавали, что в районе действуют фальшивые «борцы за свободу» и принимали свои меры. Один из таких районов находился у подножия гор Мувурадона, именно там сходились несколько основных путей проникновения террористов из Мозамбика в Родезию.


Главный посредник и пособник террористов был прекрасно известен Скаутам, но явных улик против него не было. К тому же он был необычайно изворотливым и хитрющим стариканом. Как ни пытались группы псевдо террористов обмануть его, он всегда разгадывал намерения оперативников и оставлял их с носом.

У него была крайне вредная (с точки зрения оперативников, конечно) привычка – искусно валять дурака. Когда псевдо террористы выходили на контакт с ним, он неподдельно притворялся, что очень рад видеть настоящих борцов за свободу, более того, это первая группа славных народных мстителей, о которых он столько слышал, и, наконец – вот удача-то! – повстречал. Он давал им еду, скармливал какие-то крохи информации и относился со всем возможным почтением, как если бы перед ним были настоящие боевики ЗАНЛА. Но на самом деле, он практически мгновенно сообщал террористам обо всем перемещениях псевдо групп. Более того, он умудрялся сразу же доводить едва ли не до каждого крестьянина, что новая группа «террористов», появившаяся в районе – это на самом деле Скауты Селуса.

В результате подобной подрывной работы этого посредника работа скаутских псевдо групп в Мувурадоне была парализована. Они не знали, чем занимаются настоящие террористы, были не в курсе передвижений групп боевиков, как в Родезию (подготовленных кадров), так и из Родезии (новых рекрутов). Они знали, что в данном регионе террористы свою деятельность не свернули, но вот что, где и как – понятия не имели. Более того, Скауты подвергались постоянной опасности нарваться на засаду ЗАНЛА – если бы местный полевой командир решил, что достаточно поводил за нос этих дурней Скаутов, то в любой момент «скуз’апо» (жаргонное наименование Скаутов) влетали в заранее расставленную ловушку.

Вредоносный старец настолько всех достал, что в один момент стал главной темой обсуждения на совещании между командующим Скаутов майором Рейд-Дэли и инспектором Специальной Службы Уинстоном Хартом. В конечном итоге Харт предложил Рейду-Дэли оригинальный план, и командующий его одобрил.

В Мувурадону была послана «засветившаяся» псевдо группа, про которую каждый пастушок знал, что это никакие не борцы за свободу, а ненавистные Скауты. По прибытии они вышли на контакт со стариком. Тот, казалось, был искренне рад видеть храбрых партизан и поинтересовался, где они были все это время?

Командир псевдо группы пояснил, что Верховное командование ЗАНЛА послало его отряд в Мозамбик, а сейчас они вернулись, причем не с пустыми руками.
- Мы принесли с собой изрядное количество оружия – автоматы и мины, - сказал командир. - Командование приказало нам распространить из среди местных товарищей, чтобы боевые действия против ненавистных mabunu (белых собак) разгорелись с новой силой.

Старик был донельзя удовлетворен подобным ответом. На самом деле он едва сдерживал улыбку, думая про себя, какие идиоты эти Скауты.

Группа лже-партизан пригласила старика с собой – показать посреднику, что они зря словами не бросаются. В укромном местечке, в непроходимом буше глазам посредника открылась дивная картина: на земле аккуратно лежали винтовки, взрывчатка, гранаты, мины, цинки с патронами, а рядом – заранее нарубленные ветки, чтобы в случае чего быстро замаскировать это все. После этого Скауты и старик вернулись в лагерь псевдо группы. Посредник быстро сбегал в крааль за едой, предложил ее псевдо террористам и рекомендовал отдохнуть. Сам же немедленно направился на встречу с настоящим полевым командиром ЗАНЛА, где и рассказал, давясь от смеха, что глупые Скауты сделали местным партизанам просто царский подарок – огромное количество оружия.

Как только старик ушел, Скауты, довольные тем, что наживку заглотили, немедленно возвратились к своей захоронке и перенесли ее в другое заранее выбранное место. По данным разведки, местные боевики испытывали острую нехватку оружия и боеприпасов и поэтому на известие о большой партии оружия они просто обязаны были клюнуть.

Следующим вечером старик появился в лагере Скаутов, лучась радостью: - Я говорил о вас с местным командиром. Он передал вам благодарность и попросил меня организовать с вами встречу, на которой вы бы смогли обсудить условия передачи оружия.

Командир Скаутов закивал, соглашаясь с посредником. По довольному лицу старика было ясно, что на самом деле встреча для Скаутов имела бы только один исход – летальный.

- Есть небольшая проблема, - сказал командир группы. – Мы вернулись в Зимбабве вместе с большой группой наших товарищей. И ее командир – он главнее меня, он послал меня узнать обстановку. Окончательное решение о том, как и где передавать оружие зависит только от него.

Старик едва не запрыгал от радости. В такую удачу он и поверить не мог – сразу две группы Скаутов попадутся в расставленную ловушку! Нет, положительно, эти «скуз’апо» - полные дураки. Старик даже размечтался – когда победит революция, то за его заслуги ему дадут одну из ферм mabunu.

Дождавшись наступления темноты, Скауты повели старика долгим и запутанным маршрутом на место условленной встречи. Через пару часов они пришли на вершину дикого gomo (холма). Место встречи, как нельзя более подходило для съемок какого-нибудь документального фильма под названием «Самый дикий уголок буша»: там были гранитные валуны, между которыми росли деревья, перемежавшиеся непроходимым кустарником. На маленькой площадке, озаренной светом (было полнолуние), сидели четыре человека, на головах у двоих были мягкие широкополые шляпы, скрывавшие лица.

Как того требовали традиции, стороны сначала начали обсуждать погоду, здоров ли скот в стаде, велик ли урожай и так далее. Постепенно старик и командир новой группы перешли к делам более важным. В речи замелькали фразы типа pamberi ne Chimurenga (да здравствует освободительная война), хвалы лидерам движения и проклятия в адрес kanki (шакалов – так террористы называли военнослужащих РДФ). Старик начал говорить, что таким доблестным бойцам, которых он сегодня повстречал, просто необходимо встретиться с местными товарищами командирами и передать им свой бесценный опыт, но неожиданно был оборван на полуслове. Один из террористов в шляпе внезапно наклонился вперед и угрожающе ткнул старика жестким пальцем под ребро. Посредник взвизгнул от боли и неожиданности.

- Мы за тобой наблюдали, - сказал «террорист» старику. – Мы долго наблюдали и решили, что ты – не тот, за кого себя выдаешь. Мы недовольны тем, что ты делаешь. Ты хочешь нас погубить!

- Я? – воскликнул старик. – Да я всю свою жизнь посвятил делу борьбы за свободу! Я кормил наших ребят, я проводил их безопасными путями, чтобы их не поймали правительственные войска, я давал им кров. Меня арестовывали злодеи из Специальной Службы и безжалостно избивали – несколько раз! Но, несмотря на пытки в полиции и избиения, я героически молчал. Я уже стар, чтобы держать в руках оружие, но я – по-настоящему предан нашему общему делу! Да как вы только могли усомниться во мне и подумать что я предатель!
- Потому что, старик, - сказал командир «партизан», - мы не борцы за свободу. Мы - «скуз’апо», и ты нас предал, выдал нас боевикам. Ты намеревался привести нас в засаду, а потом украсть наше оружие.
- «Скуз’апо»? – проблеял старик. - «Скуз’апо»… я вам не верю. Я слышал, что есть такие люди, но никогда их не видел. – Он вытер пот рукой. Было видно, что старик занервничал – такого оборота событий он не предвидел.
- О, старик, мы на самом деле «скуз’апо», - сказал командир. – Настоящие «скуз’апо», смею тебя заверить. Более того, твое сердце подсказывает тебе, что я говорю правду. Я даже тебе открою страшный секрет – я не африканец. Я – белый, mukiwa.

Несмотря на всю серьезность положения, старик захихикал – в такую нелепость он не мог поверить: - Ты mukiwa? Да ты говоришь на чишона лучше чем я! Mukiwa «скуз’апо», хи-хи-хи… ты изрядно насмешил меня!

Сидевшие на полянке «террористы» оставались серьезными, но вот Скауты-африканцы из второй группы, прятавшиеся среди валунов, еле сдерживали смех.

- Уинстон, - обратился командир группы к одному из тех, кто сидел рядом с ним. – Сними-ка шляпу.
«Террорист» (инспектор Специальной Службы Уинстон Харт) встал и снял свою широкополую фетровую шляпу. В свете луны старик увидел на его голове копну светлых волос. Командир группы (капитан Скаутов Селуса Бэзил Мосс) проделал то же самое – к своему ужасу посредник понял, что говоривший его не обманул: волосы у «террориста» также были светлыми. Старик застонал, рухнул на землю и застыл. На мгновение Скауты было встревожились – не хватил ли старца кондратий? Однако обошлось – посредник зашевелился и медленно сел на корточки.
- Я погиб, - простонал он. – Я погиб, со мной все кончено.
- А теперь, старик, слушай меня внимательно, - с тихой угрозой в голосе сказал Мосс. – Ты знаешь, что мы – Скауты Селуса. Ты прекрасно понимаешь, что игры кончились. Но к счастью твои друзья – борцы за свободу – не в курсе того, что происходит на этой вершине. – Он негромко свистнул и по его сигналу из-за валунов вышли Скауты, до этого момента прятавшиеся в тени. – Ну, теперь ты видишь, сколько людей знает, что ты признался в том, что помогаешь террористам? Это только малая часть. В Солсбери об этом знает еще тысяча человек, поскольку мы сообщили им по радио. И они, как и мы, знают что ты – богатый человек, у тебя много скота, у тебя даже есть машина – грузовичок «Датсун». Они знают, что у тебя четыре жены. Знают и то, что твоя старшая жена злится на тебя за то, что ты постоянно проводишь ночи с младшей женой. Они знают, что у тебя есть сыновья – умные сыновья, они хорошо учатся в школе. Если ты опять скажешь террористам, что мы – это «скуз’апо», то мы убьем всю твою семью. Начнем с твоего старшего сына, потом убьем твою младшую жену и младшего сына. Потом мы зарежем весь твой скот. Потом сожжем твою машину. А последним мы убьем тебя. Я ясно выражаюсь?

Старик согласно закивал. Мосс, однако, хорошо представлял, что каким бы жалким и напуганным не выглядел сейчас посредник, ни в коем случае нельзя было забывать о том, что это хитрый и коварный старец. И, вне всякого сомнения, этот старый чорт, сейчас раздумывал о том, как бы избежать печальной участи – то есть наобещать Скаутам все что угодно, а потом наплевать на свои слова.

- Очень хорошо, - сказал Мосс. Он внимательно посмотрел на старика. – О, старик! Ты меня огорчаешь. Я вижу, как в твоей голове шевелятся мысли – и это нехорошие мысли. Ты думаешь, что как только мы отсюда уйдем, ты немедленно убежишь к террористам вместе со своей семьей.

Старик яростно замотал головой в ответ – именно так он и полагал поступить, но признаться в этом он ни в коем случае не мог.

- Я бы на твоем месте этого не делал, - угрожающе сказал Мосс. – Потому что перед тем, как мы уйдем, ты подпишешь вот это. – Он вытащил из кармана листок бумаги. – Это приходный ордер на твой счет на почте. – Мосс также достал из кармана пачку купюр. – А это 400 долларов, которые мы туда положим.
- Вы платите мне деньги? – изумился посредник.
- Да, - ответил Мосс, - но сначала ты подпишешь еще одну бумагу.
- Какую бумагу? – спросил старик.
- Расписку в получении денег. На бланке полиции. А теперь, после того, как ты это подпишешь, если ты или твоя семья вздумает убежать к террористам, или если ты сболтнешь хоть слово боевикам, то ты перешлем эту расписку и твою чековую книжку в Мозамбик, командованию ЗАНЛА. А им уж не надо будет объяснять, что это такое. Они и сами прекрасно тебя найдут, а потом поступят с тобой точно также как поступали с теми, кого ты выдавал террористам. Вспомни, что боевики делают с теми, кого считают марионетками правительства или продавшимися? Да-да-да, сжигают дома, убивают семью, вырезают скот, ну не мне тебе об этом рассказывать.
- Я согласен, - пробормотал посредник. – Что мне остается еще делать?
- Я вижу старик, что ум вернулся к тебе, - язвительно ухмыльнулся Мосс. – Ты начинаешь смотреть на вещи как «скуз’апо». Смотри сюда, - повинуясь жесту Мосса, один из Скаутов-африканцев подошел поближе. – Ты будешь два раза в день встречаться с этим человеком в условленном месте и сообщать ему, что делают террористы и каковы их планы. А первым твоим заданием будет следующее: ты действительно сейчас направишься к командиру боевиков и скажешь ему, что мы глупые «скуз’апо», которые ни о чем не подозревают. И поэтому ты предлагаешь устроить на нас засаду вот тут… - Мосс подробно изложил детали. Он намеренно выбрал привлекательное для террористов место – поросший густым кустарником холм, окруженный кукурузными полями, так что возможности отступить у боевиков не оставалось.

Посредник сделал в точности так, как ему и было приказано. Он связался с террористами и уговорил их устроить засаду на Скаутов, пообещав большие трофеи – много оружия, патронов, взрывчатки, мин, гранат, которыми родезийское правительство щедро снабдило глупых скаутов.

И террористы действительно получили эти трофеи – вот только в виде шквального огня, который обрушился на них из оружия десантников Родезйиской легкой пехоты, свалившихся в буквальном смысле слова на голову террам из десантных «Алуэттов». В коротком и жестоком бою все до единого боевики были уничтожены.

Немного позже Скауты практически тем же самым образом заставили работать на себя еще одного посредника террористов. Теперь на Скаутов работало уже двое завербованных агентов. Итогом работы стало то, что за два месяца, в засадах, сделанных с помощью посредников, были уничтожены 32 боевика и еще 18 взяты в плен.

Но однажды, первый посредник, тот самый хитрющий старец, не явился на условленное место встречи. Не вышел он и второй раз. Его координатор, наведя осторожные справки, узнал, что у старика попросту сдали нервы, и он, бросив все свое имущество, бежал вместе с семьей в Мозамбик. Его не испугало даже то, что в ЗАНЛА могут узнать о его работе на Скаутов. Через несколько дней исчез и второй агент. Его убили боевики, заподозрившие неладное: командиру одной из оставшихся групп ЗАНЛА хватило ума сопоставить некоторые факты, например то, что подавляющее количество групп борцов за свободу было истреблено войсками. Подозрений хватило для вынесения немедленного приговора, и посредник был элементарно зарезан.

Уже после того, как данная операция по уничтожению террористических групп в районе Мувурадона была завешена, то один из офицеров в штабе Скаутов полюбопытствовал, почему она получила кодовое наименование «Огородик»? Майор Рейд-Дэли любезно пояснил, что название не имело ничего общего с операцией союзников в 1944 году – 35-тысячному воздушному десанту за Рейн с целью захвата мостов. Просто первый завербованный посредник получил кличку «Яблоко», а второй – «Банан». Бэзилу Моссу это пришлось по душе, и он выразил надежду, что с помощью этих «фруктов» Скауты соберут хороший урожай на огороде в Мувурадона.

авторство С.Карамаев tiomkin
http://tiomkin.livejournal.com/595983.html

Читать далее....

Жесты спецназа

Жести которыми общаються бойцы спец подраздилений всего мира.



Читать далее....

Война в Родезии в искустве

Читать далее....

Шорты как элемент полевой одежды в ВС Родезии

Вопросы ношения неуставной укороченной одежды (шорты, футболки, майки, кепи со срезанным флэпом) в качестве элемента полевой одежды ВС Родезии в период Войны в буше (1964-1979) по материалам иностранных СМИ и воспоминаниям ветеранов. (автор – НКВД)




Некторые, в том числе и я, задаются вопросом ношения шорт солдатами ВС Родезии в период Войны в буше. Свидетельств тому немало, на фотографиях того периода многие солдаты носят шорты вместо камуфлированных штанов Роди-камо, одевают майки вместо камуфлированных рубашек и буш-джекетов, срезают задний сворачивающийся солнцезащитный флэп на кико-хете (кепи), да и сами цвета шорт и маек разнообразны, от оливы до синего.





Любой человек, имеющие хотя бы поверхностное представление об африканском буше (вид местности), особенностях местного климата, задается вопросом – насколько оправдано ношение шорт войсками в условиях буша? Ветераны войн в Индокитае и любых других суб- и тропических регионах, знающие не понаслышке о кишащих насекомыми, пресмыкающимися, ядовитыми и просто колючими растениями джунглях, утверждают что лучшая одежда для буша – также штаны полного размера, но никак не шорты.



Разбор этого вопроса занял порядочное время, но ответы я все-таки нашел.

1. Ношение шортов – это вообще традиция многих колониальных армий (или армий с колониальным прошлым), в частности, армий британского Содружества. Шорты в качестве элемента полевой одежды колониальных армий массово использовались в войнах на африканском континенте. Фото компании в Северной Африке в период Второй мировой войны также это подтверждает, объединенные силы британской метрополии и колоний массово носят шорты на поле боя. В состав объединенных сил Великобритании на Североафриканском ТВД ВМВ входили и родезийские солдаты и части, в частности знаменитый родезийский C Squadron, SAS, ставший позже основой RhSAS.



Таким образом, первый аспект ношения шортов в качестве полевой одежды – исторически обусловленный.




2. Ношение шортов обусловлено и факторами формирования ВС Родезии в условиях разных периодов Войны в буше. Так, на начальном периоде войны (1964-1972), ВС Родезии (за исключением RAR (Родезийских африканских ружей) формировались, в основном, из представителей родезийской молодежи, романтически и патриотично настроенной, мода того периода как раз диктовала ношение шортов молодежью. Это был своеобразный шаблон «родезийской лихости и боевого духа», шорты в нем были одним из элементов типажа бравого неустрашимого родезийца. Рекрутинговые плакаты того времени, где солдаты ВС Родезии часто носят шорты, являются так же пропагандой, создающей клише храброго родезийского солдата. В этот же период войны соответствию полевой одежды уставным требованиям уделялось меньшее внимание, с учетом вялотекущей фазы партизанских действий террористов, небольшим численным составом ВС Родезии (до 15 000 чел. максимум), большее внимание уделялось боевому духу солдат, в связи с чем делались некоторые «послабления». В последующий период военные действия становились все более интенсивными, молодые солдаты росли и превращались во взрослых дядек, имеющих больший опыт практической войны в буше, не только в процессе Fireforce-миссий (аэромобильные непродолжительные миссии вертолетного десанта), но и более масштабных и продолжительных операций, в которых шорты уже не были удобной одеждой. Кроме родезийских солдат учились воевать и террористы, в частности, захват в плен большого числа террористов в 1976-1977 гг и их последующие допросы выявили факт того, что террористам стало очень легко определять местонахождение белых родезийских солдат в шортах и футболках на поле боя (открытые белые части тела гораздо лучше видны на поле, чем черные), из-за чего армия Родезии начала нести большие потери. ВС Родезии сделали свои выводы – количество шортов на поле стало резко сокращаться, а открытые участки тела, особенно у белых солдат, тщательно камуфлироваться, общим приказом 1976-77 гг вводилось обязательное камуфлирование открытых частей тела и оружия (оружие также красилось в камуфлирующие цвета).




Кроме того, стоит отметить то, что солдатам ВС Родезии, которым приходлось камуфлировать открытые части тела при ношении шортов и маек, потом очень долго и муторно приходилось смывать этот боевой камуфляж. Для этого не всегда были необходимые условия (например, вода и время), поэтому предпочтение на последнем этапе войны все более многими солдатами стало отдаваться штанам, а не шортам.



Второй аспект обусловлен фактором ношения шортов в качестве атрибута типичного молодого родезийца-солдата, влиянием моды и настроений того времени.






3. Шорты как элемент боевой одежды носились не всеми частями ВС Родезии. Например, операторы RhSAS (САС) всегда носили полную камуфлированную форму, что было обусловлено спецификой их работы, зачастую связанной с десантированием парашютным способом и скрытностью выполнения специфических заданий командования, в частности, по задержанию и ликвидации лидеров террористов за пределами Родезии, шорты здесь демаксирующий типично родезийский признак и неудобный для такого рода заданий элемент униформы. Также практически не носили шорты Скауты Грея (конная часть ВС Родезии), в силу того что шорты – не самая удачная одежда для езды на лошади.




Мнение о том, что шорты являлись чуть ли не «уставной» формой для Скаутов Селуса также ошибочно, так как Скауты Селуса в силу своих задач (псевдотеррористы), носили больше одежду своего противника, а наиболее распространенной одеждой террористов были простые джинсы, шорты черным населением Африки практически не носились. В силу этой же причины шорты практически не носились RAR (Родезийские африканские ружья). Наиболее часты факты ношения шорт силами Fireforce во время краткосрочных вертолетных десантно-штурмовых миссий, например, RLI (Родезийская легкая пехота).




Данный факт обусловлен тем, что шорты являются основной одеждой для баз (лагерей) Родезийских ВС, в качестве PT (Phisical Training) – одежды, вне строя, Fireforce-силы находились в режиме постоянной боевой готовности к вылету на своих базах, а бойцы Fireforce на базе носили в основном шорты, для того чтобы не терять времени на переодевание, летели на миссии зачастую именно в том что на них было.



Третий аспект ношения шортов – это специфика несения службы отдельными частями ВС Родезии.



Таким образом, ношение шортов в качестве элемента боевой одежды ВС Родезии не обусловлено преимуществом шортов перед штанами на поле боя, в условиях же длительного пребывания в буше штаны имеют неоспоримые технические преимущества.



В заключение стоит отметить, что ВС Родезии построены фактически на уставах и положениях британской военной школы. Данные уставы ВС Родезии очень требовательны к соблюдению форменной одежды и внешнего вида. По данным уставам шорты являются специфической формой только для PT (занятий спортом), и то на базе, для выхода в город и парадов предусмотрена своя одежда, для боевых действий – другая, камуфлированная. Поэтому солдат ВС Родезии, вышедший за пределы своей базы в шортах в увольнение, очень сильно рисковал попасть на гауптвахту.



Спасибо за внимание. Готовится релиз статьи - "Униформа и снаряжение SADF - что есть что".

Читать далее....